Люди, которых мы не знаем

Центрфорвард

1963 год. Футбольная Одесса в трауре. Почти два года никто не мог победить “Черноморец” на его поле. И вот приехала никому не известная команда из Фрунзе и в великолепном стиле обыграла моряков. Особенно выделялся центрфорвард гостей.
После игры тертые одесские фанаты поджидали футболистов у выхода из раздевалок. Как только в дверях появился смуглый кучерявый паренек, одесситы зашептались: “Таки это и есть тот негр, который сегодня похоронил Одессу?”. И качали недоуменно головами: “Наверное, у Пеле появился братишка”...
С патриархом кыргызского футбола, легендарным алгинским голеадором Юсупом Мусаевым мы беседуем в уютной четырехкомнатной квартире спорткомитетовского дома. Разговор основательный: о времени,  друзьях, семье и, конечно же, об игре. Поскольку именно Его Величество Футбол — суть и смысл жизни этого человека.

— Я  вырос на “Карпинке”, там же постигал первые университеты, — рассказывает с улыбкой Юсуп Иминович. — В пятнадцать лет пошел работать, слесарил на фабрике, потом — в авиастроительных мастерских. В их футбольной команде и начал играть. В 1957 году пригласили во фрунзенский “Спартак” — тогда ведущую команду республики, выступавшую в классе “Б” союзного чемпионата.
Быстрый, напористый и неуступчивый в игре, обладающий пушечными ударами с обеих ног, Мусаев прочно закрепился “в основе”, и когда в 1961 году в Киргизии появилась команда мастеров “Алга”, он стал ее неоспоримым лидером и капитаном.
В высшую лигу, однако, “Алга” не попала. Каждой республике тогда выделялось место в футбольной элите, но при этом обязательным условием было наличие в столице стадиона на 10 тысяч зрителей. Наш городской мог вместить от силы две. Так вместе с туркменами и таджиками и наши проехали мимо высшей лиги.
Стадион “Спартак” возвели лишь к сезону 1963 года. Первую игру на новой арене “Алга” проводила с карагандинским “Шахтером” — очень сильной командой. Матч киргизские футболисты выиграли, и единственный гол — первый в классе “А” — почти от углового флажка непостижимым ударом забил именно Юсуп Мусаев.
Сколько потом еще было голов–красавцев, которым рукоплескали Ашхабад и Одесса, Львов и Рига, Томск и Батуми!
— Сколько? Я подсчетов не вел, — пожимает плечами Юсуп Иминович, — но думаю, что больше сотни.
Намного охотнее он вспоминает команду тех лет. Обидно было не попасть в высшую лигу, особенно потому, что по уровню мастерства с 1963 по 1969 год у нас как раз сложилась классная команда. Без натяжек и поблажек. Ей бы тогда еще немного везения!
В 1968 году наступил момент, когда команда практически за неделю развалилась. Из–за нелепого конфликта с деятелем Госкомспорта стержневые игроки — Стрельцов и Мерзликин уехали в Луганск, Шиманович подался в богатый “Политотдел”, Тягусов перешел в “Кайрат”.
— Вот тогда я понял, — говорит Юсуп Иминович, — как тяжело созидать и как легко можно все разрушить. Вскоре Мерзликин вернулся, и мы нашли силы и резервы, чтобы сохранить команду. Большая заслуга в этом и тренера, работавшего в то время с “Алгой”, — Виктора Ивановича Новикова. Тренер от Бога и огромной души человечище был.
Жены футболистов обычно относятся к игре терпимо — не более. А вот Джурахан Мусаева всегда была увлеченной болельщицей. На все матчи ходила. И обязательно детей с собой брала. На футбол собиралась, как на праздник, а уж как гордились ребята отцами, и во дворе сколько восторженных рассказов было!
Дети давно остепенились, обзавелись своими семьями. “Дочь Замира за четырнадцать лет ни разу на мужа не пожаловалась, зять у нас просто золотой”, — с удовольствием делится Джурахан Абдужалиловна. “Правильно, все плохое должно оставаться внутри семьи”, — резюмирует Юсуп Иминович.
Сыновья — Юнус и Ясын — тоже радуют семейным благополучием. Ясын со Светой после свадьбы, в лучших традициях Востока, остались жить с родителями. Сноха полностью приняла традиции семьи.
Шесть внуков скучать Мусаевым не дают. Шестилетняя Камиля примостилась на коленях у деда. Десятилетний Фарух несет альбом с футбольными фото.
— Я–то и забыл, где они лежат, внук знает, интересуется, значит, — улыбается Юсуп Иминович.
Проблема — кому верховодить на кухне — между свекровью и снохой решается просто. Там хозяин... папа. “Какие он готовит плов и шорпо! Так, как отец, никто не умеет. Это — откровение, музыка высоких сфер”, — наперебой хвалят женщины. “Они специально так говорят, чтобы я почаще готовил. А вообще я люблю сам процесс приготовления, особенно шинковки мяса и овощей”, — признается глава семьи.
Ясын сейчас работает в США. Звонит часто, скучает без жены, детей, родителей. Но у него на все два ответа — “хорошо” и “нормально”. Он в отца. Даже если есть трудности — ни за что не станет жаловаться.
Пытаюсь завести разговор о тайнах кухни футбольной. —Был на моей памяти один договорный матч, — кивает Юсуп Иминович. — “Алге” грозил вылет из первой лиги, и чтобы избежать этого, в последней игре с казанским “Рубином” необходимо было выиграть с разницей в три мяча. Договорились мы тогда с соперником — для них результат абсолютно ничего не решал. Выходим на игру, и, представьте себе, на первых минутах метров с тридцати пяти казанец выстреливает, как из катапульты, прямо в “девятку”. Шок. Потом, правда, успокоились и отыгрались. 5:2 в итоге.
Купили ту игру. Но это — эпизод. А вообще же в шестидесятые и семидесятые годы в “Алге” в основном играли ребята, которые о деньгах не думали. Важнее всего была Игра. Мусаев получал сто шестьдесят рублей, к нему приезжали гонцы из Караганды, предлагали восемьсот в месяц. Но у него даже мысли о переезде не возникало. Или из Одессы было предложение — трехкомнатная квартира на Дерибасовской, автомобиль, огромный оклад. Реакция та же. И не позерство это какое–то. Просто он представитель поколения, которое рождено не для денег. Времена и люди меняются. Сегодня тот, кто хоть немного умеет пинать мяч, уезжает в Казахстан или Узбекистан. Там они получают полторы–две тысячи. Не сомов — долларов.
“Корить их за это не хочу, — замечает Юсуп Иминович. — Поскольку не могу себе представить, чтобы человек, который решил посвятить себя профессиональному футболу, параллельно ловил шпану или нес караульную службу. Нужно выбирать что–то одно. Нынче футбол в республике жив только благодаря двум министрам — внутренних дел и обороны, поскольку оба — завзятые футболисты. Все держится только на энтузиазме”.
Сейчас Юсуп Иминович тренирует команду правительства и ветеранов “Алги”, созданную под патронажем премьера А.Муралиева и К.Нанаева. И о старой гвардии он высокого мнения.
—Таких ребят, как Жора Шевченко, Женя Новиков, Раис Батраев, Володя Орешин, сегодня выпусти в составе любой команды нашей высшей лиги — они на две головы выше молодых игроков будут. Это факт, — считает Юсуп Иминович. — Талант и мастерство не стареют. Печалит, однако, другое. Двадцатилетние футболисты по уровню подготовки намного уступают сорокалетним ветеранам. Пока мы крутимся в рамках своего чемпионата, ни о каком росте мастерства говорить не приходится. Нужна центральноазиатская лига. И пусть в нее войдут в большинстве узбекские и казахские клубы, все–таки класс игры у них выше, зато и наши команды, участвующие в таком турнире, приобретут бесценный опыт.
Пока это только мечты. Тех, кто жить не может без футбола, его фанатиков. Мечты их пока разбиваются о пресловутые экономические трудности. Но профи верят, что кыргызский футбол возродится. Мы, любители и болельщики, верим тоже.
Когда–нибудь вновь будут полны бишкекские стадионы. Будет красивая игра, большой футбол. И вновь появятся великие игроки. Такие, как Юсуп Мусаев...
К.КОЖАНОВ.
Фото Ю.КУЗЬМИНЫХ 
и из семейного архива.

Содержание номеравперёдНазад