Среда, 10 марта 2010 года. №40 (9955) 
   
Поиск по сайту  
 Сегодня в номере:  Непрошедшее прошлое

Блага блога
Дневник вице–премьера
Жидкая валюта
Эссе Эппу
А вы хотели бы завести виртуальный дневник?
Главная тема
Когда жареный петух клюнет
На Чекиева совершено покушение
Увы, наполеоновские планы Чекиев уже не осуществит.
Да будет свет
Городская черта
Облико морале Бишкеку поменяли
Да не парьтесь вы...
Команда зодчих в доме отчем
Имидж ничто, жажда - всё!
Чистой водицы дайте напиться
Непрошедшее прошлое
Сталин — это мы?
Правопорядок
Заварушка с вареньем
Попали в гипс
Убийственное гостеприимство
Поножовщина
Спорт-ракурс
Саша против Саши
Культур-мультур
ОРГАНичная музыка
Вау, каков Вао!
Заповедное поколение

Метеосводка по Бишкеку
 на 05.08.2022
атмос. давление 692 мм
относит. влажность 41 проц.
радиационный фон 06.08.2022 мкР/час

 на 5.56
восход 20.18 заход +20...+22
ночью +28...+30 днем 1

Учетный курс валют
 на 05.08.2022
82,96
85,14
1,339
0,1175
9,00



Сталин — это мы?
Этот снимок я увидела через годы. Город Фрунзе. В берегах Правительственной площади застыло человеческое море. 9 марта 1953–го страна хоронила Вождя.
    Новый друг из Германии поздравил друга Иосифа одним из первых. . “Ко дню Вашего шестидесятилетия прошу Вас принять мои самые искренние поздравления. С этим я связываю свои наилучшие пожелания, желаю доброго здоровья Вам лично, а также счастливого будущего народам дружественного Советского Союза.
    Адольф Гитлер”.
    Ответственный редактор газеты “Советская Киргизия” — органа ЦК, Фрунзенского ГК КП(б) Киргизии и Верховного Совета Киргизской ССР В. Плишкин поместил эти поздравления в номере за 24 декабря 1939 года первыми на четвертой полосе.
    “Памятуя об исторических часах в Кремле, положивших начало решающему повороту в отношениях между обоими великими народами и тем самым создавших основу для длительной дружбы между нами, прошу Вас принять ко дню Вашего шестидесятилетия мои самые теплые поздравления.
    Иоахим фон Риббентроп, министр иностранных дел”.
    За четыре месяца до дня рождения товарища Сталина, в ночь с 23 на 24 августа 1939–го, СССР и Германия подписали договор о ненападении. Через год и 10 месяцев на рассвете 22 июня 1941–го Гитлер приступит к практическому воплощению своих “наилучших пожеланий”.
    Информация о наличии секретного протокола к договору Молотова — Риббентропа стала реальностью только летом 1989–го. Что же так заботливо скрывали от нас полвека?
    Нацисты и большевики поделили между собой Восточную Европу. Большевики получили часть Финляндии, Бессарабию, Латвию, Эстонию, Литву, Западную Украину и Западную Белоруссию, часть Польши. Через восемь дней — 1 сентября 1939–го — началась Вторая мировая война. Нападением немцев на поляков.
    Красная Армия вступила в Польшу 17 сентября и начала воевать на стороне гитлеровской Германии. Иосиф стал союзником Адольфа. Сталину было проще, удобнее с этим фашистом: он и законодательная власть, и исполнительная, и партия в стране только одна — его, национал–социалистическая. Фюрер думает за всех. Народ его боготворит. Вождь! Товарищ Сталин боялся угрозы “западных демократий”...
    Спустя десятилетия после смерти признанного и достойного продолжателя дела великого Ленина, отца всех народов, друга всех советских детей, трудящихся всего мира, спортсменов, пограничников и студентов, организатора всех наших побед, вождя ВКП(б) и Советского Союза, гениального воспитателя кадров, отца, друга и учителя, мы продолжали бороться с инакомыслием, с другими — мнением, убеждениями, вкусами.
    Мы боролись с религией, генетикой и кибернетикой, частной инициативой и частной собственностью. С диссидентами, стилягами, джазом, абстракционистами, честными книгами, талантливыми фильмами, буржуазно–родовыми пережитками, женщинами, которые посмели прийти на работу в учреждение в брюках (!), эмиграционными настроениями и другими проявлениями тлетворной буржуазной идеологии и пропаганды.
    Как один — “одобрям–с!” — по первому зову партии и правительства. И правдивые, честные и злые — у себя на кухне. Кто — с Высоцким, кто — с вражескими голосами. Или без них. Генетический страх — вещь серьезная, как красный сигнал светофора.
    Вы замечали этот сигнал в глазах многих пожилых людей, когда речь заходит о Сталине? Для них Иосиф Виссарионович и теперь живее всех живых, наше знание, сила и оружие! На их убежденное полувековое: “ОН — не знал! Это — помощники!” — убежденно и уверенно отвечают сегодня рассекреченные документы открытых архивов, личного архива Сталина, изданные книги, телефильмы. Знал. Читал списки “предполагаемых к расстрелу”. Подписывал. Вносил новые фамилии — собственноручно.
    Полвека мы отказывались признать своим и забрать назад архив Смоленского обкома ВКП(б). В 1941–м он попал к немцам, потом к американцам. Довоенный партийный архив — это подлинные документы раскулачивания, насильственной коллективизации, протоколы заседаний “троек” и “двоек” — внесудебных органов расправы над репрессированными, партийных чисток, документы вышестоящей партийной организации — ЦК ВКП(б), подписанные лично Генеральным секретарем — товарищем Сталиным.
    — Это антисоветская пропаганда! Это — не наше!
    Наше. Еще как наше.
    Присоединив к СССР 12 миллионов украинцев, белорусов и поляков, Иосиф Виссарионович вскоре приобрел очередной удачный опыт массового насильственного переселения. Сотни тысяч “враждебных элементов” были депортированы на Восток — Архипелаг ГУЛАГ уже был открыт. В 1941–м, перед войной, выслали около миллиона человек. Сотрудники НКВД по–стахановски работали и в Прибалтике. В ночь с 14 на 15 июня 1941–го были депортированы 60 тысяч эстонцев, 34 тысячи латышей, 38 тысяч литовцев. На сборы — несколько часов, вагоны для скота. До Сибири и Средней Азии доехали не все.
    За ценой, как обычно, ни он, ни товарищ Берия — нарком внутренних дел — не постояли. Даже если цена — десятки, сотни тысяч человеческих жизней. Когда товарищ Сталин считался с этим? Обращал внимание на такие мелочи? Советских немцев — с Волги, долой их автономию. Убрать от границы: корейцев — от восточной, поляков, украинцев, литовцев, эстонцев, латышей — от западной. Азербайджанцы — классовые враги. Чеченцы, балкарцы, карачаевцы, ингуши, турки–
    месхетинцы, курды — враги народа. Как целые народы могли быть врагами самих себя, никто не спрашивал.
    Они доехали. Не все, но доехали. Смогли выжить, сделав из вагонов для скота первые шаги по новой земле. Кто — по выжженной степи, кто — проваливаясь в сугробы.
    Кыргызская земля принимала всех: раскулаченных, раскрестьяненных, расказаченных, эвакуированных, депортированных. Сотни тысяч людей, чьи жизни и судьбы так ломал и корежил дорогой наш друг всех народов.
    Первое дежурство в типографии — в ночь с 28 на 29 декабря 1979–го. Дежурный редактор в доступной форме объясняет, что надо делать, чтобы “Советская Киргизия” утром вышла в свет:
    — Одним глазом — ошибки, вторым — смысл!
    Минут через десять совершенно квадратными у меня стали оба глаза. На первой полосе — информация ТАСС. Мол, на основе договора о дружбе между правительствами СССР и Афганистана наша страна помогает и будет помогать Хафизулле Амину в здравоохранении, образовании, сельском хозяйстве. На третьей полосе — тоже информация ТАСС. В Кабуле ликвидирован преступный режим Хафизуллы Амина. Новым лидером Афганистана стал Бабрак Кармаль. Мы еще не знали: в Баграме стояли наши самолеты, а через Кушку и Амударью в Афганистан входили мотострелковые дивизии. Группа “Альфа” поменяла один просоветский афганский режим на другой так быстро, что налаженный при Ленине, отлаженный при Сталине механизм передачи “тоталитарной информации” заклинило.
    70 лет за нас, граждан, думало государство — что смотреть, что читать, что слушать. Как думать. Как жить.
    Только через “тридцать лет и три года” на родине “культа личности” был опубликован секретный доклад о культе личности, который сделал Хрущев в 1956–м участникам ХХ съезда партии.
    “Тоталитарная большевистская информация” 74 года рвала на части не только повседневную нашу жизнь, не только историю — страны, семьи, каждого из нас. Она уродовала мировоззрение, отучала видеть, слышать, думать. Она приучала — и приучила — к общинной психологии, обожествлению “доброго царя”, “доброго вождя”, “доброго начальника”.
    Добрый вождь больше тридцати лет руководил страной с помощью госбезопасности, “забыв” про Конституцию — не им написанную, но его именем названную. Он подменял правосудие. Особыми совещаниями нарушал равноправие народов, определял категории граждан: для социализма “не подходят”, “подлежат искоренению”.
    Любой человек мог быть подвергнут аресту. Без постановления суда. Без санкции прокурора. Каждый мог быть расстрелян. Без суда. Без обвинительного заключения. Без приговора.
    Все тюрьмы в Киргизии — фрунзенская, ошская, нарынская и каракольская — были забиты до отказа. “Следственные заключенные” сидели вместо положенных двух месяцев по двадцать, тридцать, сорок. Розы Абдурахимов из ошской тюрьмы, арестованный в мае 1935–го (статья 58 пункт 4 — “За помощь мировой буржуазии”), в сентябре 1938–го продолжал ждать рассмотрения дела.
    В многочисленных длинных списках з/к — прочерки, пробелы в графах “Санкция на арест”, “Статья УК”, “Есть ли продление?”. Так и сидели — арестованные без санкции. С санкцией — без предъявления обвинения. Арестованные без статьи и без санкции. Сотни фамилий — незнакомых и знакомых: Ахунбаев, Айдарбеков, Токомбаев, Щеглова, Абдрахманов, Калюжный, Деркимбаев...
    Пик массовых расстрелов пришелся в Киргизии на ноябрь и декабрь 1938–го. Список расстрелянных только в ошской тюрьме с 1 по 3 декабря почти в пять раз больше увековеченного на мраморных плитах Ата–Бейита.
    25 ноября 1938–го указом Президиума Верхового Совета СССР Николай Ежов был освобожден от должности наркома внутренних дел СССР. В журнале регистрации посетителей товарища Сталина в Кремле за 1937–1938 годы фамилия Ежова записана 278 раз. Он провел в сталинском кабинете 834 часа. С августа 1937–го по ноябрь 1938–го — полтора миллиона арестованных, 700 тысяч из них расстрелянных.
    Партия была ни при чем — она якобы не знала о перегибах в аппарате НКВД и на местах.
    Все громче голоса о международном трибунале над Сталиным, о необходимости десталинизации. Голодомор. Загубленный навсегда крепкий крестьянин — хозяин земли. Война, которая только для вождя началась вероломно. Ничем не оправданные жертвы этой войны. Потерянный генофонд страны. Миллионы невинно убитых. Кровь, которой он затопил шестую часть земли.
    Иосиф Виссарионович наказал себя сам. Отправив “убийц в белых халатах”, которые лечили его долгие годы, на тот свет — на Лубянку. При живых детях и внуках, многочисленной охране и прислуге он умер оттого, что запретил кому бы то ни было быть рядом. Хозяин Империи. Абсолютно одинокий больной старик. 5 марта 1953–го...
    В тот день прогулка была другая, не как летом. Нас привели к большой белой холодной скамейке. На ней стоял портрет дяди с усами. Я узнала его. Когда папа надевал зеленую фуражку и белый китель с погонами, там были медали с этим дядей.
    На портрете были ленты — красные и черные. Шел снег. И дождь тоже шел. Было холодно. “Валентинапетловна” ходила сзади нас и громко говорила:
    — Плакать! Кто не плачет? Надо плакать! Ваш дедушка умер, Сталин!
    Так она громко говорила на тихом часе:
    — Спать! Надо спать! Кто не спит?
    “Валентинупетловну” мы боялись. Она подходила к тем, кто не спит, и колола большой иголкой с красной ниткой. Или зеленой. Она вышивала цветы и “яблуки”.
    В чью светлую педагогически–идеологическую голову пришла мысль в непогоду отправить детский сад — он был там, где сейчас спецполиклиника, — для “отдачи последних почестей” памятнику усопшего вождя?
    Умела советская власть растить патриотов. С горшка!
    Давным–давно нет памятника Сталину. На том, что осталось от десятиметрового постамента из красного гранита, на котором 17 лет простоял двухметровый бронзовый продолжатель учения, уже полвека спокойно сидят основоположники учения. В центральном сквере столицы. Совершенно не знакомые новым поколениям кыргызстанцев Карл Маркс и Фридрих Энгельс.
    ...Идут по улицам Фрунзе парами, держа друг друга за руку, малыши из 1953–го. Им пять, шесть. Снег с дождем, холодно — начало марта. Они не очень хорошо одеты, наверное, не очень сыты. Первые дети первых послевоенных лет. Это когда группы в детских садах и школьные классы неполные. Когда война еще рядом и вокруг неустроенность и нищета.
    Спасибо за наше счастливое детство! Спасибо, что мы вообще родились. Несмотря ни на что.
Регина ХЕЛИМСКАЯ.
Фото из книги автора “Тайна Чон–Таша”.

Версия для печати
К содержанию номера
На главную страницу
О нас
Контакты
Обратная связь
Гороскоп
Реклама

Архив ВБ
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        

Реклама
Рейтинг
Реклама
Designed by: Axenov Vyacheslav
Programmed by: Voevodin Ilya
© 1974-2020 ЗАО "Издательский дом “Вечерний Бишкек”