Вторник, 17 ноября 2015 года. №133 (10998) 
   
Поиск по сайту  
 Сегодня в номере:  Бес справедливости

Парламентская хроника
Право руля
История одной фантазии
Бес справедливости
Хлестнули по душе еще больнее
Обозрение
Только упавший сможет подняться
Зона беды
Ножницы в руках убийцы
Начальник выстрелил в подчиненного
Черная сделка
Гонец с юга
С кулаками на милиционеров
Культурный слой
Многоязычие сближает народы
Самых лучших выберут кыргызстанцы
Спасенная коллекция
Арт–турнир креативщиков

Метеосводка по Бишкеку
 на 05.08.2022
атмос. давление 692 мм
относит. влажность 41 проц.
радиационный фон 06.08.2022 мкР/час

 на 5.56
восход 20.18 заход +20...+22
ночью +28...+30 днем 1

Учетный курс валют
 на 05.08.2022
82,96
85,14
1,339
0,1175
9,00



Хлестнули по душе еще больнее
Нужно иметь железные нервы и здоровье, чтобы доказать в нашей стране, что ты потерял его вследствие чьей–то халатности. Или умереть, чтобы нашли виновных в несчастных случаях, которые случаются исключительно из–за чьих–то недоделок и безответственности. Хотя даже смерть — не факт, что найдут и накажут.
    Бишкекчанин Виктор Костогоров, слава богу, остался жив, но потерял и здоровье, и хорошую работу. У него была редкая профессия — крановщик самоходного крана, причем 6–го разряда. Но после полученных травм по вине ответственных лиц Бишкекского троллейбусного управления об этой профессии после травмы мозга, контузии глаза и электрического ожога ноги ему придется забыть.
    ЧП произошло 1 апреля прошлого года, а Виктор Александрович до сих пор ковыляет с палочкой по маршруту ЦСМ № 15 — аптека — дом, сидит на таблетках и мазях, которые раньше никогда не применял, поскольку был крепким и здоровым мужчиной. Он переходил улицу Токомбаева и, пройдя одну ее полосу, остановился на разделяющем дорогу газоне, так как загорелся красный свет. И в следующее мгновение, по словам Виктора Александровича, по его ногам что–то хлестнуло с такой силой, что он упал и потерял сознание. Как позже выяснилось, “Лексус” зацепил бампером свисающий на дорогу троллейбусный провод, который находился под напряжением и потянул за собой. Конец этого смертельно опасного для человека провода валялся на газоне, он и хлестнул мужчину по ногам. Из–за чего тот упал как подкошенный и потерял сознание.
    Реаниматологи Бишкекского центра травматологии и ортопедии, куда привезли пострадавшего, сказали ему, что, дескать, он родился в рубашке, если бы провод хлестнул его по голове или грудной клетке, то привезли бы его не к ним, а в морг. Два дня Костогоров находился в отделении реанимации. По заключению врачей он получил серьезные травмы — контузию глазного яблока, закрытую черепно–мозговую травму, ушиб головного мозга, контактный ожог током высокой частоты в области правого голеностопного сустава, ушибленные раны лица, височной области и другие ушибы. Но из заключения судмедэксперта исчезли такие травмы, как контузия глаза, контактный ожог электричеством, из–за чего Костогоров до сих пор хромает. Ушиб головного мозга превратился в его сотрясение. Остались только ушибы, кровоподтеки, то есть травмы, которые характеризуются как легкий вред здоровью, за который в нашем законодательстве по сути не предусмотрено ответственности.
    Это не единственный случай, когда врачи ставят один диагноз, а судмедэксперты — другой. И если врачам нет смысла искажать истинную ситуацию состояния здоровья человека, поскольку в зависимости от диагноза его надо лечить, то судмедэксперты, мягко говоря, ошибаются либо из–за непрофессионализма, либо умышленно. Третьего ведь не дано. Однозначно можно только сказать, что судмедэксперт, выносивший заключение Костогорову, явно не на своем месте. Можно только предполагать, почему он вынес такое странное заключение, не упомянув серьезные травмы. Странное уже даже потому, что “скорая” привезла пострадавшего в отделение реанимации Центра травматологии и ортопедии, и реаниматологи два дня боролись за жизнь Виктора Александровича и только потом перевели в отделение нейротравмы, где с легким вредом для здоровья не лежат.
    Если бы Костогоров после ЧП пошел домой и утром отправился на работу, а не лежал бы в реанимации, тогда, наверное, можно было бы говорить о легком вреде. Это — во–первых. А во–вторых, наши судмедэксперты, простите, тупо следуют своим инструкциям, видимо, времен царя Гороха. В своем заключении судмедэксперт, например, пишет: “Костогорову причинен легкий вред здоровью, повлекший за собой кратковременное расстройство здоровья, так как лечение болезни, непосредственно связанное с травмой, продолжалось более семи дней, но менее трех недель, то есть 21 день”. Но после реформы здравоохранения пострадавших даже после операций на головном мозге, больных после операций на открытом сердце, после инфаркта и инсульта не держат в клиниках больше десяти–четырнадцати дней. Как правило, они долечиваются амбулаторно в ЦСМ. При выписке из стационара завотделением нейротравмы Советбек Сатиев расписал курс лечения Костогорову на три месяца. То есть лечение продолжается, только, согласно реформе, не в стационаре, а в ЦСМ. Костогоров, который до случившегося не знал, где находится его ЦСМ, ходит туда вместо работы до сих пор. И как все это соотносится с легким вредом для здоровья? Этот конкретный случай в очередной раз свидетельствует, что в стране надо создавать независимую экспертизу для объективности и справедливости выводов. И такие специалисты, которые ратуют за это, есть, но им не дают хода.
    Виктор Костогоров обратился в суд с иском к Бишкекскому троллейбусному управлению о возмещении материального и морального вреда.
    — В материальный ущерб я включил непосредственно затраты на лечение и потерю заработной платы крановщика за год — с 1 апреля 2014 года по 1 марта 2015 года, а это 176 тысяч сомов. У меня с этой фирмой был заключен срочный договор на время строительства дома, — говорит Виктор Александрович. — Больничные договором не предусмотрены. И за моральный вред я попросил 200 тысяч сомов. В общей сложности сумма возмещения составляла чуть более 400 тысяч сомов.
    Но Ленинский суд произвел какие–то хитроумные расчеты и пришел к выводу, что с ответчика должна быть взыскана заработная плата истца в должности крановщика... за 15 проработанных им дней с начала принятия на работу. И если зарплата Костогорова была 16 тысяч, то, значит, материальный ущерб, помимо затрат на лечение, составил всего 8 тысяч за 15 отработанных им дней. Но это время работы ему обязана оплатить по закону строительная компания. А вот заработок, который он потерял вследствие травмы и мог бы получить за время работы по договору, по логике вещей, ему обязано выплатить троллейбусное управление. Судя по решению суда, оно все–таки виновато в случившемся. А моральный вред — боль и унижения от троллейбусников суд оценил вообще в десять тысяч сомов. В общей сумме Костогорову выплатили чуть больше 29 тысяч сомов.
    Похоже, справедливость ни в наших судах, ни среди чиновничества по отношению к простым смертным работягам, как Виктор Костогоров, как говорится, и не ночевала.
Нина НИЧИПОРОВА.

Версия для печати
К содержанию номера
На главную страницу
О нас
Контакты
Обратная связь
Гороскоп
Реклама

Архив ВБ
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        

Реклама
Рейтинг
Реклама
Designed by: Axenov Vyacheslav
Programmed by: Voevodin Ilya
© 1974-2020 ЗАО "Издательский дом “Вечерний Бишкек”