№136 (11309)
Пятница, 17 ноября 2017 года


Как рощу сажали и в ней ЦПКиO открывали
История Карагачевой рощи, Карагачей в бишкекском просторечии, началась в восьмидесятые годы XIX века, когда на месте огромного заболоченного пустыря к северу от тогдашнего совсем небольшого городка Пишпека был заложен питомник разных деревьев и кустарников. Инициатором этого стал известный ученый– садовод, выдающийся энтузиаст лесоразведения Алексей Михайлович Фетисов. Не прошло и полвека, как роща превратилась в Центральный парк культуры и отдыха.

Люди на болоте
    Много документов по истории Карагачевой рощи хранится в фондах Центрального государственного архива КР. И далеко не все эти документы опубликованы и изучены.
    Вот сведения некоторых свидетелей минувшего на пожелтевшей за почти полтора века бумаге.
    В далеком 1881 году Алексей Фетисов тщательно выбирал место для рощи. И подготовил самоотчет об итогах поисков — в своей записке начальнику Токмакского уезда от 9 января 1882 года. Поясним: в 1878–м уездный центр переместился из Токмака в Пишпек, но уезд все еще назывался Токмакским.
    Итак, слово Фетисову:

“В прошлом 1881 году проектировалось начать лесоразведение с посева андижанского карагача на выбранной мною земле, по правую сторону реки Аламедин, около почтовой дороги, ведущей из Пишпека в город Верный.
    Весьма много было положено труда для того, чтобы такой заросший массою корней, никогда не распахивавшийся луг в короткое весеннее время был надлежащим образом осушен, разработан и вообще превращен к концу весны в превосходный для лесоразведения участок. Для чего подъем этой целины был произведен малороссийским плугом на глубину 45 вершков.
    Затем по неимению подходящих орудий дробления пластов распаханного поля пришлось употребить киргизские сохи, которые для этой цели оказались весьма пригодными, дробление производилось шесть раз, и после каждого раза пускались зубчатые бороны и производилась ручная очистка земли от корней.
    Так что для разработки этого участка, занимающего около восьми десятин, не хватало отпущенных 300 рублей, почему и пришлось затратить штрафных 109 рублей, полученных с караван–башей за потраву карагача, которыми пополнился расход как на посылку людей в Андижан за семенами карагача и сбор их там, так и на наем двух сторожей с 1 октября 1881 года по 1 января 1882 года для окарауливания насаждений этого участка”, — докладывал Фетисов.

    Увы, архивные документы свидетельствуют, что счет собранных для Пишпека карагачевых семян шел на многие пуды, однако за долгую и трудную тогдашнюю дорогу (гужевой транспорт!) значительная часть семян “утерялась”.
    Много доехавших до Пишпека андижанских семян оказались, выражаясь современным языком, бракованными, без зародышей.
    Прибывшие наконец здоровые семена посадили, и рабочие тщательно ухаживали за молодыми всходами, боролись с личинками огородной долгоножки и прочими вредителями, накинувшимися на новоселов из Ферганской долины.
    Из первого фетисовского посева удалось вырастить около ста пятидесяти тысяч деревцев. Их потом рассаживали на новые освоенные участки.
    Интересный опыт недорогой и экологически превосходной ограды был внедрен здесь фетисовцами. Для защиты рощи от вытаптывания ее скотом по краю посадили кустарники облепихи.
    Андижанский карагач давал превосходную древесину, она широко использовалась в Пишпекском уезде и вывозилась за его пределы.
    Посадка Карагачевой рощи положила начало озеленению и благоустройству города.
    Малоизвестный факт: именно под руководством садоводов Карагачевой рощи и при их самом активном участии в самом центре Пишпека вокруг тогдашней Свято–Никольской церкви в 1898 году был засажен Дубовый сад. Его посадка продолжалась до 1902 года.
    А в специальный День древонасаждения 4 апреля 1902 года ученики пишпекской сельскохозяйственной школы засадили молодыми деревцами Бульварную аллею (самая северная часть нынешнего проспекта Эркиндик) от Дубового сада до Ташкентской улицы.
    Каждый ученик сельскохозяйственной школы посадил по 5 деревьев и ухаживал за ними, пока они не окрепли.
    В 1903 году была засажена вторая половина Бульварной аллеи строго в меридиональном южном направлении. Многие из всех этих деревьев — родом именно из Карагачей.
    В начале XX века в Карагачевой роще был организован питомник, в котором культивировались различные породы деревьев: тополь, каштан, итальянская сосна, дуб, клен и плодовые деревья.
    В наступившую советскую эпоху разросшиеся в роще карагачи как поделочный материал отпускались государственным учреждениям.
    В 1928–м ровно тысячу деревьев выделили на постройку знаменитой Туркестано–Сибирской железной дороги.
    Из наших карагачей изготовлялись телеграфные столбы по всей Средней Азии и Казахстану.
    Карагачевая роща была первой опытной станцией по культуре леса. В 1933 году был создан арборетум (дендрарий–собрание разных древесных пород для научных целей). В середине прошлого века разросся и сад–дендрарий отдела леса Института биологии Академии наук Киргизской ССР.
    Болото есть болото: приходилось много средств вкладывать в дренажную сеть. Да и карагачи оказались прекрасными деревьями–осушителями.

Парк сталинско–брежневского периода
    С 1930–х годов Карагачевая роща стала еще и местом отдыха, где активно высаживали декоративные растения.
    В конце 1930–х северо–западную часть рощи официально нарекли Центральным парком культуры и отдыха. Вывеску закрепили на специальных огромных бетонных воротах, рядом расставили бюсты Ленина, Сталина и прочих тогдашних вождей.
    Жесткой трудовой повинностью для фрунзенцев в этом ЦПКиО тогда же стало обязательное участие в сооружении Комсомольского и Пионерского озер. Вырыли огромные котлованы, заполнили их водой из Большого Чуйского канала.
    Великая Отечественная война прервала бурный процесс “парковизации” рощи, точнее, ее северной части. Но сразу после войны процесс пошел снова.
    13 мая 1946 года было принято постановление бюро Фрунзенского горкома Коммунистической партии (большевиков) Киргизии “О строительстве Комсомольского озера” — того самого, об успешной сдаче которого в эксплуатацию было доложено перед самой войной.
    Комсомольское озеро в Карагачевой роще опять и снова было объявлено комсомольско–молодежной стройкой. Сотни фрунзенских комсомольцев и несоюзной молодежи очистили заилившиеся в годы войны озера, для руководства строительством были созданы районные штабы.
    А 22 июня 1948 года было принято постановление бюро горкома КП(б) Киргизии “О восстановлении Карагачевой рощи и благоустройстве парка имени Панфилова”. На восстановление Карагачевой рощи было выделено ровно полмиллиона рублей.
    Тогда обязали каждого трудоспособного жителя города отработать в роще не менее 50 часов. Были привлечены все строительные организации города, горздравотдел организовал санпосты в Карагачевой роще, общепит — точки быстрого питания.
    30 июня 1948–го — еще одно постановление бюро горкома КП(б) Киргизии: “О сооружении дамбы на Комсомольском озере и постройке моста через БЧК”.
    Мост через БЧК строили рабочие инструментального завода и мясокомбината. Многие организации города привлекли на сооружение дамбы. Еще 29 марта 1949–го постановлением бюро Фрунзенского горкома КП(б) Киргизии “О благоустройстве Карагачевой рощи” за Первомайским районом был закреплен сектор парка от главного входа до БЧК, за Свердловским районом — территория от БЧК до шоссейной дороги, идущей от Советской улицы к госмельнице.
    Документы свидетельствуют: и при Брежневе были попытки возродить сталинский ЦПКиО.
    Постановлением ЦК КП Киргизии и Совета Министров Киргизской ССР “О мерах по улучшению организации массового отдыха трудящихся города Фрунзе” от 6 декабря 1977 года Госстрою, Госплану Киргизской ССР и Фрунзенскому горисполкому было поручено в 1978 — 1980 годах рассмотреть вопрос о строительстве летней эстрады в Карагачевой роще.
    А Министерству торговли поручили до 1 января 1978 года разработать проектно–сметную документацию и в 1978 году построить в парке “Карагачевая роща” (название “ЦПКиО” уже подзабыли!) павильон легкого типа под кафе–мороженое.
    Роща снова стала на десяток–другой лет довольно крутым местом отдыха. Здесь проводились массовые соревнования на различных спортивных площадках.
    В парке культуры и отдыха работали аттракционы, танцплощадка, кафе, лодочная станция, пляжи.
    Роскошный, в общем, был подарок горожанам к праздновавшемуся в 1978 — 1979 годах 100–летию города. Жаль, что уже к 125–летию мало что от той роскоши осталось.

  • кровавая тайна
        Стон и плач стояли в 1921–м на грунтовой дороге из центра Пишпека до Карагачевой рощи. Сюда везли на бессудные расстрелы “людей царского режима” — кого удалось срочно изловить.
        Муллы и священники, дворяне и манапы, уездные и волостные чиновники, преподаватели открытой в 1912–м пишпекской гимназии и даже гимназисты: всем одна “высшая мера социальной защиты” — расстрел. Просто за то, что когда–то носил фуражку с гербом Пишпека — золотыми пчелами и серебряными лемехами.
        Так действовал в Пишпеке прибывший из Москвы специальный посланник Совнаркома и ЦК партии Георгий Сафаров, в том же 1921–м выступивший на X cъезде РКП(б) содокладчиком Сталина.
        Бишкекский старожил, бывший главный инженер “Зеленстроя” Павел Жердев, рассказывал “Вечернему Бишкеку”, что сафаровцы производили массовые расстрелы в Карагачах напротив нынешней конноспортивной школы, чуть восточнее от шоссе. Овраги и подозрительные бугры там сохранились до сих пор.
        Павел Данилович, подростком ставший свидетелем тех расстрелов, еще 20 лет назад выступал за установку памятного знака невинно убитым. Однако никакого памятного знака до сих пор там нет.

    Елена РОМАНОВА (ЦГА КР)
    и Александр ТУЗОВ.
    Фото ЦГА КФФД КР.